Skip to content

Бабушка

Бабушка published on Комментариев к записи Бабушка нет

Оба деда умерли в 1966 году за два года до моего рождения. Их я знаю только по фотографиям и рассказам родителей. А бабушек я застал. Одну, отцову мать, звали все бабулей (пошло от внука Веньки), а другую просто бабушкой, бабушкой Женей.

— Бабушка, у меня глазки голубенькие голубенькие, как ягодки.
— Да, внучек, да.
— Бабушка, у меня щёчки красненькие красненькие, как яблочки.
— Да, внучек.

Мать работала, а бабушка оставалась со мной “сидеть”. У меня было странное развлечение. Как только бабушка выходила из дома за чем-нибудь, так я тут же дверь запирал изнутри на крючок. И как она меня не упрашивала, я не открывал. Ей приходилось даже привязывать меня к кровати, на то время, когда она выходила из дома. Ещё петля была обмотана какими-то тряпками, чтобы затруднить мне закрывание. Этот фокус я проделывал и у нас дома и в доме бабушки.
В бабушкином доме пахло керосином. У неё, кажется, был примус, в общем, керосинка какая-то.
Сидим у бабушки дома за столом, пьём чай. Я тогда сделал первое “научное” открытие. Если мешать чай слева направо, то он будет сладкий, а если наоборот, то не очень сладкий. Мимо дома проехал трактор с санями.

— Бабушка, когда вырасту, то стану трактористом и буду тебя катать на тракторе.
— Я буду тогда старенькая…

Над домом пролетел кукурузник.

— Бабушка, когда вырасту, стану лётчиком и тебя прокачу.
— Я буду старенькая и мне будет не удержаться в кабине…

У бабушки кровать была за пологом. Иногда я устраивал представление. Уходил за полог, раздвигал занавески и громко восклицал: “выступает Коля Нефтев”. Потом следовало исполнение песен “потолок ледяной”, “и хлеба горбушку и ту пополам”, может что-то ещё, но я не помню.
Однажды я ушёл играть на край деревни к Леоновым. У них была дочка Наташка, старше меня на год. Мы с ней играли в “хозяйство”. Потом прыгали через канаву. Я один раз не допрыгнул и перекупался. Как раз пришла бабушка с прутом. Попросила какую-то тряпку у Леоновых, сняла с меня мокрые штаны и сделала из тряпки что-то вроде юбки, закрепив на поясе проволокой. Потом, не зло и не больно, подгоняла меня прутом по дороге домой. Кстати, у нас дома на потолке за проводом всегда был прут, который называли “берёзовой кашей”. Но я что-то не припомню, что бы его пускали в ход, только грозили.
Моя любимая бабушка прожила недолго. Когда мне было пять лет, она умерла. В пять лет такие потери не осознаёшь. Мы шли с Витькой куда-то к реке Лютке. Бабушку ещё не похоронили. Я спросил Витьку: “тебе жалко, что бабушка умерла?”. Он меня оборвал: “заткнись”. Ему было 12 лет тогда и он очень сильно переживал.
Когда бабушку хоронили я плакал вместе со всеми. Отвезли на кладбище в Тресно. Закопали. Я первым вернулся к бортовому грузовику, забрался в кузов, в котором был откинут задний борт, и, когда народ стал подходить к машине, стал танцевать “яблочко”.
Источник: http://nemtsev.livejournal.com/441118.html

Начало 90-х

Начало 90-х published on Комментариев к записи Начало 90-х нет

Дочке задали по истории задание спросить у родителей про начало 90-х. Так, чтобы дважды не вставать, напишу пост, который она и приведёт в качестве ответа на задание.

90-е застали меня в армии. Я служил с 89 по 91 год в учебке войск связи ВВС.

Три командировки
В 90-м году я три раза съездил в командировки за молодым пополнением. В Баку, в Казань и в Архангельск. Интересное сравнение получилось.
В Баку мы приехали как раз после известных событий января 1990 года. Везде были патрули. Было страшновато ходить по городу, но ничего особенного с нами не случилось. Азербайджан готовился уже к разводу с СССР и в букинистических магазинах русскоязычные книги были просто свалены на полу кучами. Меня это тогда потрясло больше всего. У каждого призывника был с собой огромный мешок с едой (колбаски, помидоры и т.д. и т.п.) До части мы долетели и доехали чуть больше чем за сутки и еда им особо не пригодилась. Запомните это — мешки с едой.
В Казани тоже было тревожно. Тогда Казань числилась чуть ли не самым криминальным городом СССР. Были там какие-то разборки между молодёжными группировками. Но по Казани мы ходили спокойно. Попали как раз на день пограничника. Постоянно попадались гражданские в зелёных фуражках, которые завидев нас, радостно приветствовали и ненавязчиво требовали поздравлений. На центральной улице к нам подошёл какой-то парень и сказал, что если у нас будут какие проблемы, то сославшись на него (он назвал имя) эти проблемы испарятся как дым. Казань порадовала пельменной напротив здания банка, на котором ещё сохранилось старорежимное слово «БАНКЪ», и молоком в огромных литровых бутылках. Призывники больших мешков с собой не везли, но еда всё-равно с собой была. Молодёжь активно интересовалась кораном, арабской письменностью.
В Архангельск мы приехали в ноябре. Продукты купить было практически невозможно. На что надеялись призывники, я не знаю, но еды у них с собой практически не было. Ко всему ещё в нашем вагоне была какая-то расшатанная оконная рама, через которую намело снега. Девяностые уже стучались в это раздолбанное стекло…

Год в Питере
Весной 91-го я покинул армию и поехал в деревню к родителям, где и провёл всё лето. В августе поехал восстанавливаться в ЛКИ, который к тому времени уже назывался СпбГМТУ. Кстати, как только я приехал в Питер, случился ГКЧП. Всё «благополучно» разрешилось и в честь этого разрешения на Дворцовой был устроен концерт, на котором и я побывал.
Туда, куда я хотел (в 0-ку на программиста), мне восстановиться не удалось. Зав. кафедрой вёл какие-то мутные речи про то, что какое-нибудь предприятие должно за меня заплатить и т.д. Никаких таких предприятий у меня на примете не было и меня взяли в группу технологов. Но я практически сразу, благодаря брату Виктору, нашёл работу программиста с зарплатой в 500 рублей. В сентябре это ещё были большие деньги. Для сравнения. В сентябре бутылка водки по талонам стоила 10 рублей, а из под полы — 25. В декабре из под полы -150. Продукты продавались только по талонам. Тогда у меня было три основных статьи расходов: папиросы, книги, хлеб. Именно в таком порядке. Если денег оставалось столько, что приходилось выбирать, то я выбирал папиросы. Без них было вообще никак. «Беломорканал», кстати, покупал у бабок возле метро. В магазинах папирос не было. Если были деньги на книги, то я утром мчался к открытию магазина «Дом Книги» на углу Невского и Канала Грибоедова, в надежде чего-нибудь свеженькое по дешёвке купить. В отделе иностранной литературы продавались за сущие копейки (от рубля до трёх) переводы на английский русских классиков (зачем это мне было нужно, не знаю). Весной, когда мне понадобились деньги на билет домой, я продал оптом 10 книг за 300 рублей. И конечно я покупал очень много книг по программированию. «Старая книга» на Литейном — был мой любимый магазин.
Режим жизни у меня был такой: вставал поздно; к 13-ти часам ехал работать на Васильевский остров, работал чуть не до закрытия метро; возвращался в общагу и писал программы на листочках до 4-5 часов утра.
Летом приехал в деревню зелёный. Откормился и понял, что Питер — это не мой город.

Смерть брата
В сентябре 1992 года я поехал за вещами и за книгами в Питер. 11 сентября, буквально перед отъездом, позвонила жена Виктора и сказала, что умер старший брат Александр. Билет не понадобился. В деревню я ехал автобусом, который кроме меня и ещё нескольких родственников вёз и моего старшего брата. Тогда я пережил самое страшное в моей жизни потрясение. С момента получения известия и до приезда в деревню я просто молчал. Когда автобус остановился около нашего дома и к нему из дома вышла мать в домашних вязаных тапочках, я бросился к матери, обнял её и разрыдался…

В общем, самым страшным в моей личной жизни было именно это. Это было падение в глубокую пропасть. После этого моя личная жизнь только налаживалась. Кругом рушилась страна, сдавали на металлолом огромные заводы («Новый завод» в Дно — это был целый город, сейчас там часть корпусов освоил лужский «Абразив»), бросали стройки (Дворец Пионеров и гостиница «Интурист» во Пскове), прекращалось местное авиа сообщение, переставали ходить автобусы и поезда, разваливались колхозы и спивались колхозники, а у меня всё понемногу налаживалось.

Вот такое было у меня начало 90-х…
Источник: http://nemtsev.livejournal.com/439414.html

5-ка по физике

5-ка по физике published on 3 комментария к записи 5-ка по физике

В ЛКИ (ныне СпбГМТУ) учил нас физике профессор Леонид Дмитриевич Райгородский. Сами лекции помню мало, а вот экзамены оставили много впечатлений. Говорили, что у него невозможно списать. Списывающего видел чуть ли не затылком. Хотя ходили слухи, что кому-то удавалось. Причём, если ловил на списывании, а не просто двойку ставил, то повторно позволял сдавать экзамен только после стипендиальной комиссии.
На первой сессии мне всё время не везло. Не повезло и на физике. Предмет я знал хорошо и ответы на свой вопрос настрочил быстро. Но сзади меня сидел Петя Качурин, который чего-то не знал и я настрочил и ему ответы и положил на парту слева от себя, чтобы он мог списать. Райгородский это заметил. Пете — два, а мне три.
На второй сессии я получил четыре и толком не помню самого процесса.
А вот третья сессия запомнилась. 5 января нужно было сдавать матанализ, но я пришёл в себя после отмечания НГ только к 3-му. Понял, что матанализ мне не выучить за два дня. 10-го была физика. И я решил всё время, что осталось до 10-го, посвятить изучению физики. В отличии от матана, формулы и графики физики запоминались легко потому, что можно было в голове построить модель явления и на неё все эти формулы и навешать. И за 7 дней я так выучил физику, что даже если бы меня ночью подняли, я бы на все вопросы ответил без запинки. Ответы на вопросы своего билета я быстро написал и задачку решил. Райгородский подошёл, молча посмотрел и дал мне ещё один вопрос. Я написал. Дал второй дополнительный. Я написал. Дал третий. Я опять всё написал. Да я весь конспект мог написать! 🙂 Когда Райгородский увидел правильный ответ и на третий дополнительный вопрос, он раздражённо сказал: «я ставлю вам пять.» Я выскочил счастливый — пять у Райгородского!

Недавно с удивлением узнал, что он увлекается созданием часов:
Люди города — Часовщик Леонид Райгородский

А ещё он написал несколько книжек. Которые теперь вряд ли купишь…

Райгородский Леонид Дмитриевич
(фотография позаимствована здесь)
Источник: http://nemtsev.livejournal.com/420721.html

Кукурузные палочки

Кукурузные палочки published on 4 комментария к записи Кукурузные палочки

Мама принесла из магазина четыре коробки кукурузных палочек. Нас было четверо детей, вот и четыре коробки. Это было невероятно редкое и невероятно вкусное лакомство. Свою коробку я опустошил сразу, хоть и растягивал удовольствие вытягивая по одной полочке и тщательно её пережёвывая. Витька поел и оставил на потом, пригрозив мне: «если притронешься — убью!» И оставил меня наедине со своей початой коробкой.
«Одну палочку возьму, не заметит» — подумал я и вытащил одну палочку. Потом другую. Потом третью. Когда осталась половина, стало понятно, что преступление не скрыть и я съел всё.
День прошёл в играх с пацанами, но в голове всё сидело это витькино «Убью». Время к вечеру, пацаны разошлись по домам, надо и мне идти. «Подожду, когда лягут спать и выключат свет, тогда и приду» — думал я. Вначале наблюдал за окнами дома из-за реки. Потом когда стало уже совсем темнеть, стал следить из-за медпункта. Свет не гаснет. Пошёл к дому и спрятался в ящике которой стоял прислонённым к стене за коридором. Слышу, разговоры о том, где меня искать и когда, как мне показалось, все ушли из дома я стал тихонько красться домой. Только я по ступеням стал подниматься, как из кухни вышел Саня и меня засёк. Я изобразил из себя что-то вроде лунатика. Он со смехом отчитал меня и поинтересовался, где я пропадал. «Заснул на сеновале» — соврал я и от этой версии не отказался даже тогда, когда пришли родители и стали уже всерьёз отчитывать и стыдить меня. Меня искали по всей деревне.
Источник: http://nemtsev.livejournal.com/414782.html

Primary Sidebar